Н.Вашкевич


ТРЯСОГУЗКА 
К разделу "Кстати, оптичках" 

Белая трясогузка в прошлом году была птицей года. Я не знал этого, но именно в прошлом году я ее разгадал, и только этим летом, наблюдая ее ежедневно, как она прыгает по моим дорожкам, решил написать. 
Вообще-то слово мотивированное, и симию не должно бы оно интересовать. Вот она прыгает по дорожкам, и гузкой трясет, трясет, трясет. Но что-то здесь не то – подумалось мне тогда. Зачем ей трясти гузкой? Биологически это не целесообразно – лишний расход энергии. 
Узнал, что птичка принадлежит отряду воробьинообразых, и это еще больше заинтриговало меня, хотя другим воробьям такое и в голову не придет. Может, потому он не трясет задним местом, что если и затрясет, никто этого не заметит, ведь такого пера на заднице у воробья нет. 
Как бы там ни было, дело в том, что воробьи – отчаянные воришки. Старая и простая этимология "вора бей", хотя и была отвергнута наукой, но подтверждается каждый раз, когда я в парке кормлю голубей. И целый миллиард китайцев поверил русской этимологии и едва ли не перебил всех воришек. Китайцы решили, что воробей ворует их рис. Оказалось, однако, что он поедал вредителей риса. Так мудрые китайцы едва не остались без своего сакрального продукта. 

А заинтриговали меня трясогузки вот почему. 
У арабов есть пословица "У вора на голове перо" (аль-хара:ми ъала: ра:су ри:ша)). Правда, у сороки-воровки, как и у трясогузки, перо не на голове, а вопреки пословице, на заднице. И это понятно. У человека голова заменяется задницей. 

Вот, смотрите, например, какие у петуха красивые радужные перья на заднице. А у французов, которые подражают петухам (галлы на латыни это и петухи и, французы), перья где? 
Если верить Боярскому, то на шляпах. Я думаю, не врет артист. 
Трясогузки, если присмотреться, тоже воришки. Они любят делать себе гнездо прямо в домах людей. Тут же и огороды, на которых и поживиться можно, как бы своровав и показав человеку перо на заднице, мол, вор я по вашим поверьям. Трясогузка, конечно, не знает, что мы ее воровство почитаем за благое дело. 

Но у нас пословица иначе звучит. У вора и шапка горит. Как она может гореть, отчего? Ума не приложу. Ларчик, однако, просто открывается. Это западное фойер, так им русское ПЕРО послышалось. А мы, у которых вместо головы задница, стырили у них путем перевода и пользуемся, хотя никто так и не видел, кто у вора шапку поджигает.